mikhail_doliev (mikhail_doliev) wrote,
mikhail_doliev
mikhail_doliev

Category:

Активисты юга России раскритиковали поправки в закон о пикетах

Закон вырос из практики ограничений на протестные акции

Российские власти решили придать статус закона тем ограничениям на проведение одиночных пикетов, которые фактически действуют в ряде регионов уже сейчас, указал корреспонденту "Кавказского узла" юрист, глава проекта "Апология протеста" Алексей Глухов.

"Это уже сложившаяся практика в Москве, и она стала распространяться на Калининград, Омск - она потихоньку расползается [по стране]. Как только это окончательно станет законом, вступит в законную силу после подписания президентом - несомненно, эта практика будет применяться в каждом регионе, и любая пикетная очередь, любой сменяемый пикет, скорее всего, будут приводить к возбуждению дела об административном правонарушении. Потому что сменяемый пикет, как и пикетная очередь, подпадает под действие нового закона. Позиция властей такая: "И одиночные пикеты мы тоже на улице видеть не хотим". Как только закон вступит в силу, все одиночные пикеты в России, к которым причастно более одного человека, можно будет считать условно незаконными, если не доказано обратное. Даже если между пикетчиками сотни метров, даже если один человек закончил одиночный пикет и вместо него начал другой", - резюмировал Глухов.

23 декабря депутаты Госдумы РФ в окончательном чтении одобрили законодательные инициативы депутата Дмитрия Вяткина, ужесточающие требования к организации митингов и других публичных мероприятий. В частности, закон официально признает митингом серию одиночных пикетов, "объединенных единым замыслом и общей организацией". Закон вступит в силу после того, как закон будет подписан президентом РФ. "Пикетные очереди", когда пикетчик с плакатом стоит один, но рядом с ним находятся другие активисты, которые сменяют на посту пикетчика друг друга, нужно будет согласовывать, как и митинги, указано в публикации Znak от 23 декабря.

"Астраханский вариант", когда несколько человек становятся с плакатами на расстоянии друг от друга, подпадает и под действующий закон, считает Глухов. "Там есть пункт, в котором говорится, что "совокупность актов одиночного пикетирования может быть признана единой акцией". Это было в формулировках закона уже давно, и такие случаи привлечения людей к ответственности были. Причем, не только, если 50 метров. Были случаи признания единой акцией одиночных пикетов, между которыми было расстояние в несколько сот метров. А в Новокузнецке у нас были случай, где расстояние между пикетчиками было вообще километр. Суды признали это единой акцией", - рассказал он.

Алексей Глухов также указал, что срок давности по статье 20.2 КоАП составляет год. "В каком-то регионе люди могут выходить на разные формы одиночных пикетов, хоть и с единой тематикой, и не быть привлеченными и задержанными непосредственно сразу после проведения пикета, но им это могут припомнить в течение года", - сказал юрист.
Астраханские активисты полагаются на региональное законодательство

Астраханские активисты пока не планируют отказываться от серий одиночных пикетов, сообщил руководитель астраханского отделения партии "Парнас" Михаил Долиев, регулярно принимающий участие в одиночных пикетах.
"Во-первых, у нас есть региональное законодательство. У нас есть решение Верховного суда и постановление правительства, которые допускают 20 метров между пикетчиками. И это все нормально. В Сибири, может, свое региональное законодательство. Во-вторых, это может быть обычный произвол. У нас тоже такое бывало - в 2012 году даже за одиночный пикет людей штрафовали, как за митинг. Может, в Новокузнецке по беспределу так же оштрафовали", - прокомментировал он приведенные Глуховым примеры.

При этом Долиев счел недостаточно эффективной "пикетную очередь". "Я, конечно, любую форму протеста поддерживаю, но считаю, что более полезно было бы, если бы каждый человек, пришедший на акцию, выразил бы свое мнение на бумаге и стоял бы на определенном расстоянии или хотя бы на каких-то точках в городе, потому что это бесполезное стояние в очереди за плакатом - как-то не совсем хорошо. Это сведение своей инициативы до минимума. Люди просто стоят и ждут", - пояснил Долиев корреспонденту "Кавказского узла".
По его мнению, вводя новшества в закон о митингах, власти хотят запугать активистов. "Фактически запретить и снизить любую инициативу, которая идет снизу. Любую активность людей, любое проявление и высказывание своего мнения. Вот они чего хотят", - заключил Михаил Долиев.
С этим мнением согласна и астраханская активистка Елена Байбекова. "Я считаю, что, глядя на Хабаровск и Белоруссию, власть боится, что у нас может начаться нечто подобное. Но дело в том, что в Белоруссии никакие законы людей не остановили. Если лавина начнется, все эти бестолковые законы будут бесполезны", - заявила она корреспонденту "Кавказского узла".


В Хабаровске с 11 июля не прекращаются акции протеста против ареста губернатора Сергея Фургала, эти протесты стали беспрецедентными по продолжительности в России. Фургал обвинен в организации убийств предпринимателей в 2004-2005 годах, он отрицает свою вину. На юге России неоднократно проходили акции в поддержку хабаровчан. Массовые протесты в Белоруссии начались после августовских выборов президента. Действующий президент Александр Лукашенко, по данным ЦИК, набрал более 80% голосов, но активисты считают эти результаты сфальсифицированными. Акции протеста жестко подавлялись силовиками. В России, в том числе в ЮФО, прошел ряд акций в поддержку белорусов.

Байбекова подчеркнула, что не намерена отказываться от проведения пикетов. Она надеется, что новый закон будет соблюдаться с неодинаковой строгостью. "В провинции все равно как-то снисходительней относятся к пикетчикам", - сказала Байбекова.

Дагестанские активисты надеются, что добьются согласования митингов
Муртазали Гасангусейнов на одиночном пикете в Махачкале. Фото Ильяса Капиева для "Кавказского узла"На акциях с требованием расследовать убийство братьев Гасангусейновых один человек стоит с плакатом, а остальные присутствуют в качестве наблюдателей, рассказал корреспонденту "Кавказского узла" активист Джамбулат Гасанов, который неоднократно выходил на пикеты вместе с отцом убитых чабанов Муртазали Гасангусейновым.

17-летний и 19-летний Наби и Гасангусейн Гасангусейновы были убиты 23 августа 2016 года во время операции силовиков в Шамильском районе Дагестана. Правоохранители объявили убитых боевиками, однако односельчане братьев Гасангусейновых не согласились с этим, говорится в опубликованном на "Кавказском узле" материале "Убийство чабанов в Дагестане".

Гасанов отметил, что одиночные пикеты проводятся вынужденно - из-за того, что власти отказываются согласовывать митинги. "У нас уже около 50 отказов набралось на разрешение митинга в поддержку Гасангусейновых. Хотя по закону разрешение и не требуется - достаточно уведомить соответствующие органы и проводить намеченное мероприятие. А нам много раз отказывали под разными предлогами", - подчеркнул Гасанов.

Новый закон он охарактеризовал как очередную "подлость со стороны власть имущих". "Это очередное подавление гражданских прав, попрание исполнительной властью наших конституционных прав. Им недостаточно того, что они подмяли под себя законодательную власть, что, по сути, является узурпацией власти, они теперь и народ ограничивают, завинчивают гайки, и, видимо, будут винтить до тех пор, пока не сорвется резьба", - заявил активист.

Гасанов указал на пробелы в новом законе. "Получается, проходящего мимо человека, если он остановится у подобного пикетирующего, могут тут же загрести. Потому что, я думаю, там никаких временных рамок указано не будет, сколько он простоял там [около пикетчика] - минуту, пять минут, 10 минут", - отметил Джамбулат Гасанов.

Однако нововведения его не пугают, потому что дело убитых пастухов, как считает Джамбулат Гасанов, особое. "Что касается нашего пикетирования, то лично к нам никто близко не подходит из работников полиции. Хотя иной раз пытаются проверить документы у тех, кто с нами рядом находится. И я уверен, что, если мы сейчас будем так же проводить пикеты, никто не посмеет к нам близко подойти. Дело настолько резонансное, что у нас общество в Дагестане фактически на грани срыва именно по этому поводу. Но есть масса [других] дел, по которым у людей возникает необходимость выражать хоть каким-либо образом свое возмущение, свой протест", - отметил Гасанов.

По словам Гасанова, дагестанские активисты готовят проведение очередного пикета. "Мы недавно подавали жалобу в Советский районный суд Махачкалы в связи с отказом Следственного комитета в возбуждении дела в отношении бывшего начальника полиции по Шамильскому району, который, на наш взгляд, был инициатором этого убийства, по признакам преступления 292, 293 - служебный подлог и халатность. Районный суд отклонил нашу жалобу, и мы сейчас будем обращаться по этому поводу в Верховный суд. И если Верховный суд Дагестана также отклонит нашу жалобу, нам ничего другого не останется, как выходить", - заключил Гасанов.
Активист Зияутдин Увайсов во время одиночного пикета в Махачкале в поддержку Абдулмумина Гаджиева. Фото Ильяса Капиева для "Кавказского узла".В Дагестане регулярно проводятся пикеты и в поддержку журналиста Абдулмумина Гаджиева. Один из организаторов пикетов, коллега Гаджиева Идрис Юсупов, подчеркнул, что активисты намерены оставаться в рамках закона и будут консультироваться с юристами относительно пикетных очередей. "Я думаю, многие активисты, если увидят в этом законе какие-то противоречия с Конституцией, инициируют обращения [в Конституционный суд] и в судебном порядке будут пробовать какие-то моменты оспорить", - сказал Юсупов.

Абдулмумин Гаджиев с июня 2019 года находится под арестом по делу о финансировании терроризма. Следователи считают, что Гаджиев и его предполагаемые сообщники собрали для террористов под предлогом строительства мечетей и помощи малоимущим мусульманам 68 миллионов рублей и 200 тысяч долларов. Гаджиев настаивает на своей невиновности. Его коллеги считают уголовное преследование журналиста давлением на издание "Черновик". Последний пикет в поддержку Гаджиева прошел 21 декабря. Подробнее о деле Гаджиева говорится в материале "Кавказского узла" "Голунов номер два": главное о деле Абдулмумина Гаджиева".

По мнению Юсупова, акции в поддержку Гаджиева, строго говоря, "пикетными очередями" не являются. "То есть у нас человек стоит один в пикете, а рядом стоит просто группа поддержки. Мы не выстраиваемся в очередь, мы не заявляем, что - вот, мы все тут [на акции]. То есть любой желающий может подойти и сменить пикетчика. У нас нет какой-то выстраиваемой живой цепочки, большой вереницы, как в Москве, когда видно, что все эти люди хотят принять участие в пикете. У нас нет - стоит один человек, неподалеку от него могут несколько людей стоять, общаться", - пояснил Идрис Юсупов.

Он также отметил, что пикетирование - вынужденная мера. "Мы подавали огромное количество заявок на проведение массовых акций, митингов [в поддержку Гаджиева], там уже за несколько сотен перевалило. Изначально мы хотели провести именно митинг или даже несколько, но дагестанские власти, районные суды и Верховный суд Дагестана нам отказывали. Но когда дело уже дошло до кассации, в Пятигорске, суд кассационной инстанции поддержал нас, он массово отменял все незаконные решения дагестанских судов. Однако тут [возникла] ситуация с пандемией, и мы пока не можем воспользоваться нашим законным правом [на митинг], которое мы в суде отстояли. Поэтому была принята эта вынужденная мера - пикетирование", - рассказал Юсупов корреспонденту "Кавказского узла".

Он резюмировал, что в России в целом происходит "ужесточение, подавление разных форм гражданской активности". "Власти пытаются это представить как благо, но я думаю, это со стороны властей какая-то вынужденная мера. Они таким образом пытаются обуздать гражданский протест или выражение гражданской позиции. А на самом деле и проведение одиночных мероприятий, и проведение массовых мероприятий, если оно идет в мирной и законной форме, я не думаю, что оно должно мешать, оно как раз позволяет выражать мнение и при правильном подходе власти могут это использовать как форму обратной связи", - заключил Идрис Юсупов.
Активисты в Калмыкии разрабатывают новые способы одиночного пикетирования
В Элисте проходили акции, когда люди стояли в разных местах в одно время с плакатами на похожую тему, но такие мероприятия и раньше согласовывались, указала корреспонденту "Кавказского узла" юрист, активистка Оксана Санджинова.
"Это были не одиночные пикеты, а именно пикетирование - массовая акция, которая требует согласования. Мы согласовывали и стояли. С начала нашего протеста, с 2019 года, у нас не было, чтобы мы стояли в разных местах - и при этом было не пикетирование, а одиночные пикеты, и нас могли бы за это привлечь. Но до начала нашего протеста коммунисты, по-моему, однажды становились в нескольких местах как одиночные пикетчики, при этом не согласовывали, и им делали замечание, что вот, мол, мы можем вас под несогласованное пикетирование подвести. На тот момент по России уже была практика, что одиночные пикеты на одну тему суды признавали пикетированием, массовой акцией. Но, насколько мне известно, привлечения [к ответственности] не было, отделались устным замечанием. Так что мы всегда уведомляли, если планировали пикетирование, а не одиночный пикет. Потому что знали судебную практику по России в отношении таких акций, что могут признать массовой акцией, даже если стоять далеко друг от друга. А мы же отвечали за людей, поэтому мы если становились больше, чем один человек, всегда подавали уведомление, чтобы никто не нарвался на привлечение и штрафы. И по пикетированию проблем с согласованием никогда не было", - рассказала она.
По словам Санджиновой, в Элисте проходили и акции, где было нечто вроде пикетной очереди. "Это было в ноябре. Когда только началась борьба в хурале, когда первого зампреда, Бакинову, стали преследовать. В день, когда шла сессия в хурале, мы провели у Белого дома одиночный пикет. В тот день у Пагоды было очень много полицейских, и у них была попытка нам навязать, что у нас массовое пикетирование, потому что мы сидели на площади и по одному вставали и выходили, становились с плакатом. Но у нас был одиночный пикет - один человек становился с плакатом, потом другой становился с этим же плакатом или с другим. Такого, что у нас одновременно в этом месте два человека стояло бы, не было. А полиция подошла и стала спрашивать: "А что это у вас за массовая акция, а кто организатор?". Потом приехал еще один полицейский, вышестоящий. Мол, ему сообщили, что тут несогласованное публичное мероприятие. Я ему сказала, что нет, у нас одиночный пикет, что мы стоим по одному. Он попросил дать объяснение, и я дала. И больше по этому поводу ничего не было", - заключила активистка.
По ее мнению, новый закон больше не позволит проводить пикеты таким образом. "Придется выбирать другие форматы - и согласовывать их, чтоб людей не подставлять. Либо это будет одиночный пикет, но без очереди. То есть нам придется выворачиваться и делать одиночный пикет, допустим, со сменяемостью пикетчиков, но так, чтобы не было очереди. Может, люди будут стоять не возле пикетчика, а где-то далеко, либо вообще не встречаться на месте пикета: один ушел - и только потом другой пришел", - сказала Санджинова.

По мнению активистки, такими законами власти пытаются погасить растущее в обществе недовольство. "Нарастает количество акций, и именно одиночные пикеты пользуются популярностью. Эта форма, когда все по очереди становятся с плакатами, становится поводом для информационной волны в соцсетях. Такие акции получают через интернет широкое распространение. Власть и полиция это видят и поэтому ужесточают правила", - заключила она.

Источник: https://www.kavkaz-uzel.eu/articles/358032/
© Кавказский Узел



Активисты юга России раскритиковали поправки в закон о пикетах

Tags: о нас пишут
Subscribe

Posts from This Journal “о нас пишут” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments